"Самур: современные проблемы и перспективы решения"
1119 тем и 2 сообщения
апр. 09, 2014 20:22
|
Лезгин! Хотя Вы пишете под ником, я принимаю Ваши топики, хотя предупреждала, что участвуем под своими именами. Кроме того, прошу держаться корректного тона дискуссии и не переходить на личности. |
апр. 09, 2014 20:24
|
Амиль, сбросьте, пожалуйста, те заключения экспертов, о которых Вы говорили - это важно для читателей. |
апр. 09, 2014 20:25
Ruslan
|
Очень подробно было описана проблематика в статье Низами Абдулгамидова РЕЛИКТОВЫЙ ЛЕС, ПОДЗЕМНАЯ ВОДА И «КРИВАЯ КОЗА», или Самур – всему свидетель?
«Самур! Как много в этом звуке..!» Судьба Самурского леса сегодня одна из самых обсуждаемых тем в социальных сетях. Люди призывают встать на защиту уникального заказника, спасти наше национальное достояние. Люди возмущаются, что чиновники, нарушая все законы, уничтожают заказник федерального значения. «Я – русский, живу далеко, но в меня, как ядовитая стрела, вонзилась новость из Дагестана о бездушном отношении к Самурскому лесу, точнее к тому, что от него осталось... Первый раз я приехал в Самурский лес в сентябре 1979 года студентом, в 80-90-х проводил научные исследования в этом удивительном месте. Когда я слышу слово Самур, во мне просыпаются воспоминания о святом, прекрасном месте, которое ещё осталось на этой планете. Мне не в новинку читать о власти денег в Дагестане, но, ЛЮДИ, вы замахнулись на святое! Вы пустили в свою душу дьявола... Тот, кто посягнул на святое, опозорил память своих отцов и дедов. Деньги пришли и ушли, а такого леса уже не будет никогда!!!» Так с болью в сердце о трагедии Самурского леса пишет один из наших современников, который в безбрежных просторах Интернета представляется под ником (именем) «аpetrov». Этому человеку, не дагестанцу, живущему где-то в Москве, в Саратове или в Иркутске, небезразлична судьба уникального памятника природы, который под угрозой исчезновения. Мне, как и многим моим землякам, трудно представить Дагестан без Самурского леса – без этого уникального уголка в дельте Самура. Как, впрочем, и без реки Самур. Не один раз она становилась своеобразным рубежом в истории дагестанских народов. Пожалуй, ни одна другая река в Дагестане не воспета поэтами, как она. Братские народности Южного Дагестана воспринимают её как важную и неотъемлемую часть своего самосознания. Ритм свой жизни они сверяют с ритмом Самура, глядя на мир под ракурсом, открывающимся с окружающих эту реку вершин. Лучше классика современной лезгинской поэзии Алирзы Саидова не скажешь об этом:
Люблю я Самур свой за то, что спешит Он к морю, волною играя. А горы за то, что с их снежных вершин, Мир виден от края до края.
Первый удар по уникальному Самурскому реликтовому лесу люди нанесли в 1957 году. После строительства гидроузла у печально знаменитого «Золотого моста» судьба этого леса стала незавидной: большую часть воды, ранее поступавшей сюда по руслу реки Самур, человек увёл в сторону от леса. По сути, заказник оказался на «сухом пайке». Овитые лианами многовековые могучие деревья зачахли без живительной влаги, исчезли некоторые виды флоры и фауны, высохли родники. Лес, как шагреневая кожа, из года в год уменьшается. Но человеку-варвару показалось, что он у природы взял не все. Теперь он хочет отнять у леса и подземные воды под предлогом обеспечения питьевой водой Дербента и некоторых окружающих его населённых пунктов: планируется якобы для этой цели пробурить около 50 скважин в дельте Самура. По мнению многих специалистов-экспертов, такой поворот событий приведет к гибели Самурского леса… Неизбежная гибель государственного заказника федерального значения – одна сторона этой рукотворной проблемы. Другая сторона – возможное уничтожение среды обитания жителей 8-10 сёл этого региона. Там живут люди. Тысячи людей. Дагестанские власти тут силами всего Государства Российского уже несколько лет не могут обустроить на новом месте жителей одного маленького села Храх-уба, а что будет с жителями нижней части Самурской долины в случае катастрофы с Самурским лесом, даже подумать страшно… На все такого рода аргументы дагестанские чиновники с детской непосредственностью отвечают вопросом: «Но Дербент поить надо?» Безусловно, надо.
Не там ищут воду для Дербента Сколько разных министерств и ведомств в Дагестане, сколько всяких там юристов, но ни один из них до сегодняшнего дня не удосужился поставить перед собой вопрос: «Имеем ли мы юридическое право искать воду для Дербента в Самурском лесу? Законно ли вторжение человека с современной техникой в эту уникальную экосистему?». Давайте мы вместе с вами, уважаемые читатели, сделаем то, что не делают Минюст, Минприроды, природоохранная прокуратура и другие ведомства: обратимся к действующему российскому законодательству, которое, кстати, в свободном доступе. Самурский лес входит в состав государственного природного заказника федерального значения «Самурский». Согласно п.2 ст.24 федерального закона «Об особо охраняемых природных территориях» задачи и особенности режима особой охраны территории конкретного государственного природного заказника федерального значения определяются положением о нем, утверждаемым федеральным органом исполнительной власти в области охраны окружающей среды. Положение о государственном природном заказнике федерального значения "Самурский" утверждено Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 3 ноября 2009 г. №362 и зарегистрировано в Минюсте страны.Согласно ст.3.6. Положения о государственном природном заказнике федерального значения "Самурский", если строительство, реконструкция или капитальный ремонт каких-то объектов на территории заказника допускаются указанным Положением, то проектная документация этих объектов подлежит государственной экологической экспертизе федерального уровня. Это к вопросу о том, нужна или не нужна экспертиза в случае строительства водозабора в Самурском лесу: если на территории заказника возможно строительство того или иного объекта (по Закону, а не по желанию чиновников!), то его проектная документация подлежит обязательной государственной экологической экспертизе федерального уровня! А допускается там строительство только по согласованию с Минприродой России и только объектов, способствующих выполнению основной задачи государственного заказника – поддержке экологического баланса! Таким образом, если придерживаться буквы и духа федерального природоохранного законодательства, то строительство водозабора в Самурском лесу категорически ЗАПРЕЩЕНО. В соответствие с п.10 ст.3.1. Положения о государственном природном заказнике федерального значения "Самурский" на территории этого заказника запрещаются (цитирую!!!) «геологическое изучение, разведка и добыча полезных ископаемых, а также выполнение иных, связанных с пользованием недрами, работ». Согласно другому федеральному закону «О недрах» подземные воды относятся к полезным ископаемым, а их добыча – к недропользованию. Значит, добыча подземных вод на территории заказника «Самурский» есть прямое нарушение закона, какие бы благородные цели при этом чиновники не декларировали. Но они изворотливы. Видимо, они, действительно, «пустили в свою душу дьявола».
На « кривой козе» После протестов местных жителей и возмущения экологов в связи с незаконными работами на территории Самурского леса, некоторые «специалисты» предлагают пробурить скважины для водозабора поблизости заказника, но за формальными его границами. Разумеется, это является попыткой подъехать к Самурскому лесу «на кривой козе»… Если отбросить высказывания людей, которые очень далеки от природы и науки, а прислушиваться к мнению тех, для кого Самурский лес – предмет их профессиональных интересов, то становится очевидным, что такое «решение» проблемы не спасет заказник от гибели. Это своеобразная эвтаназия памятника природы. По мнению экспертов, все подземные воды в Самурском лесу и вокруг него составляют единое целое. Иными словами, через скважины, пробуренные рядом с лесом, но формально за пределами заказника, будут выкачиваться те самые подземные воды, которые подпитывают Самурский лес. Главный гидрогеолог ОАО «Дагестангеология» и директор ООО «Геолог» С.А. Агаметов, правда, по другому поводу, но, по сути, пишет о том же: «Имеется такой параметр, как уровнепроводность (передача уровня на расстоянии за определенное время). Ее значение в этом районе по напорным горизонтам составляет 1.000.000 м2/сутки, то есть в течение суток при снижении на 1 м уровень распространяется на такую площадь. Этот факт доказывает, что нет особой разницы, где будет строиться водозабор.., так как уровни водоносного горизонта едины и передача их происходит с большой скоростью на огромные расстояния». Углубляемся дальше в науку. Как известно, участок недр предоставляется пользователю в виде горного отвода – геометризованного блока недр. При определении границ горного отвода учитываются пространственные контуры месторождения полезных ископаемых. Вот этого горного отвода – геометризованного блока недр нет в нашем случае. И быть не может: нельзя на границе заказника определить горный отвод без того, чтобы геометрическое описание блока недр, используемого для добычи воды, не охватывало под землёй пространство, расположенное под Самурским лесом, так как речь идет о едином озере пресной воды, существенной частью находящейся непосредственно под Самурским лесом. А под ним, как мы писали выше, по Закону «геологическое изучение, разведка и добыча полезных ископаемых, а также выполнение иных, связанных с пользованием недрами, работ» запрещено. В любом случае, такой горный отвод, который не затрагивает недра под Самурским лесом, должен быть, чтобы говорить о законной добыче подземных вод в этом регионе, а его нет и быть не может. Это – геофизическая сторона «самурского дела». Есть у него ещё и правовая сторона, связанная с юридическим оформлением прав на добычу подземных вод. В соответствие с действующими правилами, уполномоченный орган не может выдать лицензию на право добычи подземных вод в отсутствие протокола Территориальной комиссии по запасам, подтверждающего постановку запасов подземных вод по лицензируемым скважинам на государственный учет. Соответственно, владелец водозаборной скважины сначала должен получить лицензию на право пользования участком недр в целях геологического изучения. Далее – разработать проект геологоразведочных работ, представить его на государственную экспертизу. Затем выполнить работы по оценке запасов подземных вод в соответствие с утвержденным проектом. И только после этого можно подавать заявку на получение лицензии на пользование участком недр в целях добычи подземных вод. А что мы видим на практике? Муниципальное бюджетное учреждение "Дирекция единого заказчика-застройщика" городского округа "город Дербент" (МБУ «ДЕЗЗ» г. Дербент) из всего вышеперечисленного пока сделала одно – получила лицензию серии МАХ №00607 от 10.07.2013 на право пользования «Тагиркент-Самурским» участком недр, но только для работ по геологическому изучению участка, чтобы установить запасы подземных вод. Естественно, дагестанские чиновники не разработали проект геологоразведочных работ, не представляли его на государственную экспертизу, не выполняли работы по оценке запасов подземных вод в соответствие с утвержденным проектом и, следовательно, у них нет документа, подтверждающего постановку запасов подземных вод по лицензируемым скважинам на государственный учет. Теперь – внимание! – читайте медленно: чиновники только полгода назад (10.07.2013) получили лицензию для начала поисковых и оценочных работ, даже проект таких работ не разработали и, естественно, ещё не установили наличие необходимых запасов подземных вод в исследуемых недрах, но уже задолго до этого потратили полмиллиарда бюджетных денег, со слов дагестанского министра Р.Юсуфова, «на строительство водозабора», для строительства которого всё ещё нет никаких предусмотренных законом документов, в том числе, главного документа – лицензии на добычу подземных вод! Неужели за такое не принято отвечать!? Теперь вернемся к не менее важному вопросу: Как быть, если ни на территории заказника «Самурский», ни рядом с ним строить водозабор нельзя по закону, а жителей Дербента необходимо обеспечить водой? Ответ – не под землёй, а на поверхности. Для его уяснения вернемся к реке Самур.
Что имеем - не храним... В сентябре 2010 года в Баку было подписано «Соглашениемежду Правительством Российской Федерации и Правительством Азербайджанской Республики о рациональном использовании и охране водных ресурсов трансграничной реки Самур» (далее – «Соглашение»). Согласно п.1 ст.3 указанного Соглашения делению в равных долях между Азербайджаном и Россией подлежит объем водных ресурсов, поступающий к началу пограничного участка реки Самур, за вычетом экологического пропуска, объем которого устанавливается равным 30,5 процента. Несмотря на глубокий отпечаток интересов «Газпрома», оставшийся на этом Соглашении, в нём есть много полезного и для российской (дагестанской) стороны, чем мы до сих пор не научились пользоваться. Считается, что «к началу пограничного участка» реки Самур (с.Усухчай) в год поступает 1749 млн.м3 воды. Значит, если вернуться к Соглашению, кроме экологического пропуска через Самурский гидроузел в сторону Самурского леса объемом в 533 млн.м3 воды в год, Дагестану полагается еще 608 млн.м3 воды в год или в среднем около 1,665 млн.м3. в сутки. Потребности жителей Дербента в питьевой воде, как заявили власти города, равны 70 тыс.м3/сутки (это только 4,2% от объема воды, которую в среднем в сутки Дагестан может изъять из реки Самур на свои нужды согласно межгосударственному Соглашению). Надо иметь в виду и то, что на поливные работы самурская вода используется всего 2-3 месяца в году, а всё остальное время эту воду можно аккумулировать в водохранилищах. Кстати, не нужно строить и новые коммуникации. Есть канал, идущий от Самурского гидроузла к Дербенту, но нет политической воли у дагестанской власти, чтобы совместно с нашими добрыми соседями-азербайджанцами добиться реального соблюдения обеими сторонами условий межгосударственного Соглашения, условий, позволяющих заполнить этот канал и другие каналы на дагестанской территории так необходимой Дербенту и другим городам и сёлам водой. В п.4 ст.7 вышеуказанного Соглашения сказано, что управление Самурским гидроузлом и его эксплуатация являются совместными и что при этом обеспечивается постоянный совместный контроль режимов работы технологического оборудования и сооружений гидроузла, установленных графиками объемов вододеления и экологического попуска. Но наши чиновники, видимо, положили это Соглашение под сукно и забыли. Они продолжают уничтожать Самурский лес. В оправдание своего варварства дагестанские чиновники говорят, что азербайджанская сторона на территории своего леса, примыкающего к нашему Самурскому лесу, из-под земли якобы добывает до 540 тыс.м3 воды в сутки, причем, недавние по времени скважины азербайджанская сторона, по утверждению наших чиновников, пробурила впритык к нашей границе, а последний ряд скважин – вдоль государственной границы, и, мол, не будет большого вреда, если мы к азербайджанскому объёму воды, добываемой из общих водоносных слоёв земли, добавим добычу и своих «каких-то» 70 тыс.м3/сутки. Если такое варварство со стороны Азербайджана имеет место (говорят, что соседи от государственной границы тянут новый водовод из керамических труб для транспортировки родниковой воды в Баку), дагестанские власти должны перед МИД России поставить вопрос о совместной проверке соблюдения сторонами Соглашения условий его п.9 ст.3, который гласит, что при эксплуатации подземных вод, гидравлически связанных с поверхностными водами реки Самур, Азербайджан и Россия обеспечивают режим изъятия подземных вод, исключающий понижение уровня грунтовых вод в дельте реки Самур. Очевидно, что у дагестанских властей нет другого выхода, кроме как через МИД России взять в свои руки механизмы контроля исполнения межгосударственного Соглашения о реке Самур как в части выполнения условий распределения его вод, так и выполнения условий добычи подземных вод в районе дельты Самура с обеих сторон общей границы. Но это – серьёзная работа, для выполнения которой от дагестанских чиновников требуется определённое умение в деле отстаивания интересов тех, от имени кого они выступают. Дождётся ли Самур этого умения от них?
Договор дороже денег Самур на своём веку видел многое, был многому свидетель. Был свидетелем смен политических эпох. Видел смены геологических эпох. Теперь стал невольным свидетелем исчезновения путём «освоения» полмиллиарда рублей при отсутствии каких-либо правовых предпосылок их «освоения»… Но если всмотреться в его дельту – в Самурский лес, то можно увидеть и что-то неизменное. В Самурском лесу пока ещё есть деревья и растения, которые существовали миллионы лет назад, когда на Земле, возможно, ещё не было даже человекообразных обезьян. Неужели Самур станет свидетелем того, что в наше время эти живые реликты, пережившие немыслимые катаклизмы, будут уничтожены!? Понимаем ли мы, что они исчезнут не одни – исчезнет весь Самурский лес, исчезнет тот волшебный мир в дельте Самура, о котором в начале этой статьи процитированный поэт Алирза Саидов писал:
Твой бег встречает Каспий здесь волною, Твой лес, Самур, здесь дарит всем дыханье, И мать-земля поит живой водою – Врагом унынья, горя, увяданья.
Пока в обществе действуют не сила Закона, а закон силы. Что хочу, то и ворочу. Народная мудрость гласит: что имеем – не храним, потерявши – плачем. Сегодня спасение уникального памятника природы федерального значения, прежде всего, зависит от дагестанских властей. Чтобы сохранить заказник «Самурский», им нужно проявить политическую волю – немедленно прекратить строительство водозабора «Самур-Дербент» и взяться вместе с добрыми соседями-азербайджанцами за строгое соблюдение условий межгосударственного Соглашения о разделе воды Самура между Азербайджаном и Россией. Задача общественности – «принудить» их к выполнению указанных договоренностей. «Принудить» к мирной жизни с Природой. Такие шаги приведут к спасению Самурского леса и к укреплению доверия между государствами-соседями – между Азербайджаном и Россией. Уверен, что это понимает и глава Дагестана Р.Г.Абдулатипов, который благодаря этому пониманию и положению, занимаемому им в общественном мнении, может войти в историю с Самурским лесом как главный его спаситель… Низами Абдулгамидов, преподаватель
г.Москва |
апр. 09, 2014 20:25
Лезгин
|
Власти Магарамкентского района спрятались в кусты! Они сами по себе давно уже ничего не решают и смотрят в рот вышестоящему руководству! |
апр. 09, 2014 20:26
|
Прошу также рассказать о политическом измерении проблемы. О договоре с Азербайджаном и его последствиях для Самура. Руслан Курбанов прислал мне свой комментарий, я его размещу. Но прошу и Маира Пашаева, и Энвера Кисриева подключаться к обсуждению. |
апр. 09, 2014 20:27
фарук
|
Няни хийирар. Я фетуллаев Низами,представитель Джамата с.с.Самур и Азадоглы. С уважением к вам
|
апр. 09, 2014 20:28
|
Комментарий Руслана Курбанова для нашей дискуссии:
Дагестан, который в 1999 году встал на защиту территориальной целостности Российской Федерации, в 2010 году стал свидетелем нарушения этой территориальной целостности самими же представителями государства – российскими чиновниками. Этот случай связан с подписанным в начале сентября российским и азербайджанским президентами соглашения об использовании воды приграничной реки Самур. По этому соглашению граница между Россией и Азербайджаном переносилась с азербайджанского берега Самура на середину реки, а контроль за самурским гидроузлом оставался в руках азербайджанской стороны. Коллеги журналисты приводили много фактов и цифр о том, почему для народов Дагестана данное соглашение о переносе границы обернется бедой, и почему для самой России невозможность защитить интересы своего населения, пусть и кавказской национальности, является унижением. Но необходимо напомнить о том, что Россия в новейшей истории не единожды теряла свои земли, идя на уступки в территориальных претензиях своих крепнущих соседей. К примеру, в 2005 году состоялась демаркация российско-китайской границы, по результатам которой Китай забрал у России ряд спорных территорий общей площадью 337 кв. км: участок земли в районе острова Большой в верховьях реки Аргунь в Читинской области и два участка в районе островов Тарабаров и Большой Уссурийский в районе слияния рек Амура и Уссури. В 2008 году в СМИ начала обсуждаться версия о том, что Россия передала Китаю один остров на реке Амур полностью и еще один — частично. По дополнительному протоколу о линии российско-китайской границы, подписанному 21 июля 2008 года, остров Тарабаров и часть Большого Уссурийского острова полностью отошли к Китаю. Тогда в СМИ было торжественно заявлено, что между Россией и КНР окончательно урегулирована территориальная проблема, переговоры по которой длились более 40 лет. Сегодня после приращения России Крымом данные случаи кажутся уже потерявшими актуальность. Однако тогда среди российских журналистов разгорелись жаркие дискуссии о правомочности со стороны государства подобных территориальных уступок. Противники подобной передачи территорий упирали на то, что это стратегически важные земли для России, причем богатые природными ресурсами. А защитники этого решения государства утверждали, что потеря в землях для России не очень большая, но улучшение стратегических отношений с Китаем намного важнее. Возвращаясь к вопросу пересмотра границы с Азербайджаном, можно отметить, что проблемы, появление которых предрекали эксперты, не заставили себя ждать. После подписания Договора о государственной границе между Россией и Азербайджаном 500 человек, граждан России, были просто брошены на произвол судьбы. 500 человек – жителей селения Храх-уба власти оставили за границей. И Правительство Дагестана до заключения данного договора не могло организовать переселение этих людей обратно в Россию, выделить им землю и помочь благоустроиться. А ведь это граждане России. И никто не собирался ими заниматься. Единственная структура, которая взялась за решение проблем храх-убинцев – это Федеральная лезгинская национально-культурная автономия. Но я сам был свидетелем того, как сложно одной общественной организации пробить стены чиновничьего равнодушия и безответственности. Без помощи государственных структур, без воли на то руководства соответствующих министерств, ведомств и целых регионов, спасти жертв чиновничьего произвола было невозможно. О других проблемах – обустройстве жителей Храх-уба в Дагестане, потере жителями Докузпаринского района доступа к своим землям у границы с Азербайджаном, и других вопросах, думаю, расскажут наши коллеги…
|
апр. 09, 2014 20:29
Лезгин
|
Это продолжение политики геноцида лезгинского народа! |
апр. 09, 2014 20:30
Амиль Саркаров
|
Рекомендации московских экспертов к Общественной Палате РД: 1. Рассмотреть альтернативные варианты решения проблемы водоснабжения Дербента и населенных пунктов Магарамкентского района, в том числе с учетом рекомендаций экспертов Российского Союза гидрогеологов (Росгидрогео) 2. Заказать эскизный проект решения проблемы водоснабжения Дербента и населенных пунктов Магарамкентского района, 3. Проводить общественные обсуждения на всех стадиях принятия решений – обсуждения и принятия концепции, эскизного проекта, готового технического проекта 4. Создать дирекцию единого заказчика при Правительстве РД по водохозяйственному строительству в Южном Дагестане и возложить на нее функции Заказчика по выполнению комплекса работ по экспертизе рабочих проектов, проведению проектно-изыскательских и других работ для решения проблемы водоснабжения города Дербент, сохранения Государственного природного комплекса «Самурский лес» и обеспечения населения Магарамкентского района водой для питьевых и хозяйственных целей. 5. Обратиться в МПР РФ по вопросам: a. Проведения заседания Общественного Совета МПР по анализу возможных экологических последствий реализации существующего проекта добычи грунтовых вод в дельте р. Самур, в том числе – для Самурского федерального заказника b. Включить комплекс мероприятий, которые будут предложены и разработаны по решению проблемы водоснабжения Дербента и населенных пунктов Магарамкентского района, с учетом результатов общественных обсуждений, в Федеральную целевую программу «Совершенствование водохозяйственного комплекса РФ до 2020г.
|
апр. 09, 2014 20:30
|
Уважаемый Низами! Нам очень важно Ваше мнение по проблеме. Мы знаем, что Вы знаете все в деталях. Какие шаги уже предприняты региональной властью и общественностью, каковы результаты? Что мешает разрешению ситуации? Позиция властей и позиция общественности - в чем точки расхождения? |