Политическая география Южного Кавказа
Армения: технология протеста в деталях
Уже неделю в Ереване не прекращаются акции протеста под руководством оппозиционного политика Никола Пашиняна. Пашинян настаивает на отставке Сержа Саргсяна, который стал премьер-министром после десятилетнего пребывания на должности президента страны. Я написал об этом три поста:
- Митинг в Ереване против Сержа Саргсяна – предыстория, лозунги и число участников (13 апреля)
- В чем Серж Саргсян сказал правду и неправду? (17 апреля)
- Что представляет собой нынешний протест в Ереване: штрихи к типологии (17 апреля)
Сейчас же, поскольку акции протеста продолжаются в очень своеобразной манере, есть смысл поговорить о том, в какой форме они проходят. На сегодняшний момент форма здесь доминирует над содержанием и если что и интересно – то именно форма этих митингов. Технология протеста содержит в себе много тактических уловок и стратегических ходов, а также выделяется особенностями самого оппозиционного движения, в сравнении с государственной властью, которой оно бросает вызов.
Начнем с особенностей движения:
1. У этого движения есть только один лидер
Как никогда раньше в Армении оппозиционное движение завязано на личность одного единственного лидера. Для армянской и вообще любой новой политической культуры характерна персонализация протеста и политики в целом, но это не тот случай. Обычно персонализируется политика вследствие президентских выборов, где есть основной кандидат от власти, основной кандидат от оппозиции и второй бросает вызов первому. Сейчас не тот случай. Никол Пашинян не символизирует протест, он его создал, причем практически с нуля. Он не жадничает и делится микрофоном с другими оппозиционерами, разумеется, на своих условиях, но здесь дело в том, что рядом с ним никого сопоставимого нет. Без него это движение прекратится, причем полностью.(Никол Пашинян. Фото - Кавказский узел, 20 апреля).
2. Вертикали власти противостоит группа без вертикали
В противостояниях прошлого, а без сравнения с 2008 годом обойтись невозможно, вертикали власти противостояла вертикаль оппозиции. И хотя она была гораздо меньше по масштабам, но это были элиты против контрэлит. И у вторых тоже была охрана, чувство принадлежности к элите, они принадлежали к тому же поколению. Но что важнее, они принимали планы и потом шаг за шагом их реализовывали. Сегодня ситуация не такая. Вертикаль власти в любом случае неповоротлива и неспособна быстро принимать решения. У Никола Пашиняна этой проблемы нет. Кто-то по телефону увидел, что Серж Танкян смотрит митинг и обсуждает его – и уже через 5 минут с тем же телефоном Пашинян его зачитывает. То есть – агентурная работа, планирование и пр. здесь нерелеватно, планы оппозиции заранее не узнать, просто потому что их зачастую нет.
3. Использование современных информационных средств
Информационные средства, которые сейчас доступны оппозиции, не были доступны ее предшественникам. Это соцсети и интернет-СМИ. Говоря о соцсетях, необходимо учитывать, что к примеру, фейсбук, который распространяется в последние 10 лет, в последние 5 лет стал массовым явлением и теперь подавляющее большинство городского населения Армении младше 60 лет пользуются фейсбуком постоянно. Уже в протестах Арабской весны соцсети сыграли большую роль: советую ознакомиться с этим докладом (англ.). Еще важнее – онлайн-трансляции с мест событий. Радио «Свобода» (Азатутюн) уже неделю снимает круглосуточный онлайн-стрим с мест событий. Это не эпизодические видеоролики, не сообщения в новостях, а возможность быть в постоянном включенном состоянии. И хотя это убавляет массовости протеста, поскольку люди могут сочувствовать «революции» на расстоянии и чувствовать в то же время свое присутствие там, это позволяет активистам резко увеличивать скорость мобилизации сторонников. А это также важный метод в борьбе с неповоротливой государственной машиной.
Перейдем к стратегическим ходам:
1. Ненасильственный характер движения
Все 25 лет оппозиция в Армении (за одним исключением – Раффи Ованнисян) рассматривала в качестве своей основной альтернативы переход к насильственным действиям. Это исходило из общего низкого качества политической культуры в Армении, а в частности – и из действий как властей, так и оппозиции. Никол Пашинян впервые объявил о необходимости абсолютно мирного движения, которое отказывается от насилия и считает всех совершающих насилие провокаторами. Интересно, что Жирайр Сефилян и «Сасна Црер» поддержали это движение, но предложили им все же рассматривать насильственные методы в качестве альтернативы. В то же время, важно, что Никол Пашинян призвал даже словом не оскорблять полицейских. Это новое слово и к этому я вернусь. Однако главное – он понял, что власть можно обезоружить не насильственным давлением, а наоборот – отказом от насилия.
2. Подключение к протесту студентов
Хотя не все с этим согласятся, но я считаю, что это движение не следует считать студенческим в своей основе. Оно разумеется молодежное, так как и сам Никол Пашинян, и многие другие в его группе сравнительно молоды, но студенты присоединились к ним не сразу. Студенческим было движение «Электрик Ереван». На митинге 13 апреля студентов было немного. Им не очень понятна вся эта политическая возня, многие из них родились уже после теракта 1999 года, и даже события 2008 года для них что-то из далекого прошлого. Но им интересен драйв, и что еще важнее – они находятся в местах большой концентрации. Советские здания университетов – многоэтажные, огромные комплексы. В них много молодых людей собрано вместе и, если найти ключ к их мобилизации, оппозиция может решить проблему (важную для нее) массовости протеста. Пашинян и его группа пошли по этому пути, особенно с 15-16 апреля, когда они «целились» в студентов, обходили ВУЗы, используя лозунг «свободный, независимый студент» (аллюзия на свободную, независимую Армению). И вот уже с 18 апреля, когда политическая проблема, поставленная протестующими вышла с повестки дня (Серж Саргсян стал премьером), митинги практически целиком состоят из студентов.
3. Концентрация на внутренней политике
В отличие от предыдущих акций здесь вообще отсутствует компонент внешней политики. И даже при желании очень сложно разглядеть «Майдан», хотя Сергею Маркову это удалось. Никол Пашинян – человек очень сильно сконцентрированный на внутренней политике, а также на технической стороне протеста и о внешней политике он не говорит. Кроме того, даже на дискурсивном уровне отсутствует проблематика внешней политики – среди демонстрантов таких речей не слышно. Отчасти это – стратегический ход. Поскольку если выдвинуть повестку Запад/Россия очень легко разделить общество, что приведет к уменьшению числа демонстрантов. Кроме того, это сделает митинг более уязвимым для внешней критики и давления. Но в том, что внешней политики там нет Пашинян искренен – его она очень мало интересует. В условиях современного противостояния совсем исключить это невозможно – протест активно освещается в позитивном ключе в западных СМИ и в негативном – в российских, но это внешнее восприятие. Это восприятие, есть, однако и внутри – активная фаза переговоров с ЕС является одной из причин неприменения силы, а демонстранты одну из остановок сделали у американского посольства, но это ничего не означает. Даже в социальном протесте, каковым был «Электрик Ереван» проблематика внешней политики была более выражена.
4. Постоянная трансформация протеста
После 17 апреля начался процесс сокращения числа участников митинга. Я это в шутку называю так: период полураспада движения Пашиняна составляет один день. 17 апреля число участников составило 15 000 человек, 18 апреля – 8 000 человек, 19 апреля – 4 000 человек и сегодня в течение всего дня было небольшим. Хотя на данный момент, на основной акции число уже достаточно велико и составляет единомоментно до 8 000 человек. После 17 апреля Пашинян должен был пойти на радикализацию, однако радикализировать протест без применения насилия потребовало изрядного мастерства. Был выбран метод атак на ключевую инфраструктуру, госучреждения и перекрытия улиц малыми силами. Этот метод позволил эскалировать ситуацию без прямых столкновений, а значит – поддержать градус противостояния. Исходя из того, что основная группа протеста уже с 18 апреля – студенчество, децентрализованный протест, перекрытие улиц, сетевая структура протеста и его карнавальная форма – нацелено на них. Кроме того, это позволило разделить митинг на много частей, пустить «метастазы» акции по всему городу – теперь это уже не одна акция. Акция постоянно мутирует и трансформируется, что также делает ее менее уязвимой, поскольку скорость реакции государственной машины гораздо меньше, чем скорость действия демонстрантов.
Этот пункт разделяется уже на множество тактических решений разного масштаба, на которых я остановлюсь ниже:
1. Музыкальное сопровождение
На сегодняшний момент эта акция имеет довольно серьезное музыкальное сопровождение. Даю ссылки на видео, поскольку вставка самих видеороликов отяжелит текст:
Իմ Քայլը / мой шаг (песня гражданина); Մերժիր Սերժին (Отвергни Сержа)
А вчера 11-летний мальчик исполнил рэп песню, призывая полицейских присоединиться к протестующим. Кроме того, если на обычных армянских митингах, как правило, звучат «фидаинские песни», посвященные событиям в Османской империи 100-150 летней давности, то здесь идет активная попытка выработать свой звуковой ряд. Тоже армянский, но гораздо более адаптированный под сегодняшний день, в том числе в самом буквальном смысле этого слова.
2. Обращение к полиции
Лидер протеста Никол Пашинян объявил, что полиция защищает не власть, а народ, а значит – его и всех собравшихся. Регулярно делаются призывы в адрес полиции присоединиться или заявления о том, что полиция – друг демонстранта. Попытки деморализовать полицию не новы на акциях протеста – это стандартный трюк. Но здесь – впервые из того, что я помню, есть попытка задушить в объятиях. Полиция тоже уже два раза пела – гимн и песню в ответ, полный постмодернизм. Один из демонстрантов кричал в ряд полиции «Ашот, что ты делаешь, твоя бабушка с этой стороны». Как только Никол Пашинян узнал об этом, он призвал всех родственников полицейских приходить на акции протеста. Это напрямую следует из особенностей акций и стратегических подходов оппозиции. Кроме того, «работа» с полицией включает в себя самое активное препятствие полицейским в их попытках задержания тех или иных демонстрантов.
3. Обращение/давление на чиновников
Лидеры протеста понимают, что в высшем и среднем звене власти у них нет союзников. Но в низших эщелонах госструктур у них союзники очевидно есть – как минимум – не могут не быть, исходя из низких зарплат и низкой мотивации этого сегмента общества. Поэтому демонстранты окружают здания государственных органов, проводят митинги прямо перед ними, наиболее приспособленным для этого оказался МИД, его новое здание, а также прилегающая площадь и соседний бизнес-центр (МИД на фото справа). Они призывают чиновников, также как и полицию, присоединиться к их акциям.
Источник фотографий – EVN Report
Давлению, причем не всегда совсем уж бархатному подвергалось, к примеру, третье правительственное здание вчера с утра, а также в один из первых дней – здание Армянского радио, куда демонстранты стремительно ворвались, разбили дверь и довольно быстро его покинули не выйдя в эфир. Кроме того, демонстранты приходили к зданию правительства с целью помешать нормальному ходу первого заседания правительства под руководством Сержа Саргсяна. 17 апреля, примерно тогда, когда демонстранты протестовали у мэрии, было получено ложное сообщение о бомбе в мэрии Еревана. Возможно, это отправляли не сами демонстранты, а сочувствующие им, но это также оказалось формой давления на госструктуру.
4. Перекрытие улиц малыми силами
В отсутствие массовости протеста перекрыть большое число улиц довольно сложно, но Пашинян придумал способ.
(фото – Кавказский узел).
Использование муниципального имущества – скамеек и мусорных баков, а также личного автотранспорта позволяет закрепить позицию на улице, в противном случае, если акция не является массовой, то полиции удается очистить дорогу.
Само перекрытие улиц необходимо для того, чтобы напомнить о себе обществу, увеличить число участников, занять молодежь, а также деморализовать власть и распределить ее усилия по купированию вызова. Пашинян предлагал также блокировать метрополитен, но это ему не удалось.
На инфографике можно увидеть, какие улицы были перекрыты 17 апреля 2018 года в центре Еревана. 19 апреля оппозиция даже перекрыла торговый центр «Петак», то есть, они пытаются добраться до наименее политизированных слоев общества.
(источник: Спутник Армения)
Стоит учитывать, что все эти улицы никогда не были перекрыты одновременно, но в любом случае в центре города была очень напряженная транспортная ситуация.
5. Децентрализация протеста
Протест разделяется на множество малых частей, становится сетевым, как сказал сам Пашинян. Это было решение его и инициативной группы, которая его поддерживает. Он предложил всем своими силами блокировать все возможные дороги. К этому присоединились, например, IT-шники из «Синопсиса», а также студенты в разных частях города. И даже дальнобойщики своими грузовиками перекрыли ряд улиц. И если эвакуатором можно увезти обычный автомобиль, то грузовик так не уберешь с проезжей части. Таким образом, если изначально было какое-то ядро протеста и полиция противостояла ему, то теперь акция пустила «метастазы», которые распространяются случайным образом по всему городу и отвечать на это почти невозможно.
6. Шумовое сопровождение и карнавализация
Учитывая то, что основной фокус сделан на студенчестве, технология протеста включает в себя все больше карнавальных элементов, которые блогер Александр Лапшин назвал «игрушечной революцией». Много веселья, коллективного действия, хлопков, шуток. В последнее время появились вувузелы и это, по выражению моего друга Армена Казаряна, начало напоминать футбольные шествия. Кроме того, участники акций сигналят возле всех зданий полиции и таким образом тоже пытаются ее деморализовать и вообще сигналят по всему городу, в особенности в районе 19:00 (по призыву Никола Пашиняна). Опять же, что делать с таким протестом власть пока не знает. Другой версией шумового сопровождения я бы назвал огни вспышки мобильных телефонов, которые, конечно, не являются армянским ноу-хау, но тоже активно используются для мобилизации и развития чувства сопричастности.
(фото Давида Санасаряна)
7. Подключение диаспоры
Армянская диаспора активно следит за происходящим в Ереване. Никол Пашинян и ряд других спикеров, например, Арсен Харатян, напрямую обращаются к диаспоре за поддержкой. В первую очередь, естественно, это интересует эмигрантов из Армении. Например, эмигранты из Армении, проживающие в Марселе, ворвались в армянское консульство, сорвали портрет Сержа Саргсяна и сожгли его. Также удалось подключить солиста System of a down Сержа Танкяна к протесту: он и так давно настроен оппозиционно, а теперь он пишет воззвания, которые зачитываются на митинге; его зовут прибыть в Армению.
Безусловно, его прибытие может сыграть очень важную роль, особенно, если он даст концерт для демонстрантов. Это также номинализирует протест в глазах более широких слоев общества.
Другой подверсией этого является присоединение оппозиционеров из НКР к этому протесту – Айк Ханумян распространил заявление и это тоже в некоем роде внешне-внутренний ресурс.
И последнее на сегодня.
8. Портреты Сержа Саргсяна
В последние три дня одной из главных целей оппозиции стали портреты Сержа Саргсяна, щедро присутствующие во всех административных зданиях Армении, включая школы, дип.представительства (об этом уже говорил выше), суды, полицейские участки и администрации. Вчера в первой половине дня оппозиционеры ходили с перевернутым портретом Сержа Саргсяна, на котором была черная ленточка (видео от самого Санасаряна).
(Фото Кавказского Узла)
В тот же день один из задержанных оппозиционеров выбросил портрет Саргсяна из окна полицейского участка, где он находился. Активно используются карикатуры, а также плюшевые игрушки чебурашки.
Обобщение
Выше перечислены, возможно, не все технологии, применявшиеся протестующими, но я попытался собрать и сгруппировать основные из того, что уже видел. Если же их не группировать, то их несколько десятков и возможно к этому еще придется вернуться. На такие мелочи, как официальные заявления карикатуры, надписи на зданиях, тротуарах, а также наличие лозунгов – я даже не обращаю внимание, поскольку технологичность этого протеста настолько высока, что если описывать это, описание заняло бы в разы больше текста. Отдельные лозунги и плакаты, включая некоторые карикатуры можете посмотреть здесь, а фотоальбомы с акции протеста есть на сайте Кавказского узла: 20 апреля, 18 апреля, 16 апреля, 14 апреля.