11 июня 2004, 10:40

"Держать людей в палатках нельзя!"

- Игорь Борисович, "Сацита" была последним палаточным лагерем на территории Ингушетии. Сколько здесь жило людей?

- В начале года в "Саците" проживало 3225 человек - 671 семья в 569 палатках. "Сацита" была самым благоустроенным из всех лагерей. У них там были мечеть, детский сад, школа, амбулатория. Все это строили гуманитарные организации - и "Врачи без границ", и чехи ("Люди в беде". - Ред.), и саудовцы (Саудовский Красный Полумесяц. - Ред.). Саудовцы содержали "Сациту" и снабжали ее гуманитарной помощью. Но они не имеют ничего против свертывания лагеря. Все постройки по договоренности с чеченской стороной переданы в Чечню. Правда, гуманитарные организации хотели передать детский сад в одно из мест компактного поселения (МКП) здесь же, в Ингушетии. Но ведь любое МКП тоже временное, пройдет еще, может быть, год, и вся эта эпопея закончится. Тогда садик придется опять разбирать и переносить. Мы уже сейчас не успеваем заявки удовлетворять от тех, кто живет в МКП и хочет вернуться в Чечню.

- К миграционным властям существует много претензий по поводу "недобровольного" возвращения.

- Есть такая интересная цифирь: мы в этом году сняли с учета в частном секторе 6383 человека. Они самостоятельно уехали в Чечню. В Чечне они у нас даже на учет не встали. Это значит, что они просто вернулись к себе домой. А это, по-моему, лучше всего характеризует ситуацию с возвращением людей. Мне вообще непонятна логика этих разговоров. Получается, что мы варвары, вандалы, перевозим людей из палаток. Но ни один из тех, кого мы перевезли, не живет в условиях хуже, чем у него были.

- Говорят, что переселенцев на самом деле гораздо больше, чем в сводках Федеральной миграционной службы?

- Мы начали подсчет людей два с половиной года назад, когда служба перешла в ведение МВД. Переучет длился восемь месяцев, мы прошли весь частный сектор. Картина получилась более-менее объективная. Считать было сложно: народ, например, весной уезжает на полевые работы, потом возвращается и все лето ездит туда-сюда. Во время уборки урожая опять никого нет. Но потом возвращаются. А считали мы долго, потому что хотели каждого в глаза увидеть. Сначала в Ингушетии кроме палаток были еще железнодорожные составы. Да и в палатках народу было как селедок в банке. Люди ведь остались в чистом поле без крыши над головой, вповалку спали на полу в этих палатках. А когда прошел пик военных действий, часть схлынула обратно. Остались только те, кому некуда ехать, или инертные люди.

- И эту инертность иногда помогает преодолеть милиция?

- Может быть, и помогает. Люди ведь действительно привыкают - как лошадь к стойлу. Я иногда удивляюсь: стоит, например, рядом с палаткой домик. Мы им говорим: "Ребята, переходите". - "Да нет, мы не хотим. А сколько нам за это заплатят?" Заплатить им еще за то, что им домик дали? Я понимаю еще, если бы там не было альтернативы: только в Чечню и все. Ну не хочет человек в Чечню, понятно. Но мы же оставляем ему возможность остаться жить в Ингушетии. Мы арендуем здесь жилье, мы можем селить людей из палаток в освободившиеся помещения МКП. Держать людей в палатках нельзя.

- Почему их расселение так затянулось?

- "Враги революции", так называемые гуманитарные организации, обещали людям помощь. Здесь, в Ингушетии. Но не давали. А люди ждали, не снимались. Скажем, поступило 30 заявлений. В лагере все знают, сколько семей готовится к выезду. Мы заказываем 50 машин. Некоторые семьи ведь в один грузовик не помещаются, у них и скот, и хозяйство. У некоторых даже холодильники были в палатках. Одну семью перевозили на четырех машинах. Машины заказаны. Накануне в лагере появляется объявление: завтра гуманитарная организация такая-то раздает гуманитарную помощь. Но никто ничего не раздает. Половина из тех, кто собирался ехать, сидит на месте. Мы им говорим: "Вы чего, ребята? Это вам все равно, а мы-то за машины в любом случае платим!" - "А вот получим гуманитарную помощь, потом поедем". Но и назавтра помощи нет, есть только слухи, что она будет послезавтра. Люди опять не едут, сидят на месте. Причем у них уже пожитки сложены, они ни здесь и ни там. А помощь эта в итоге оказывается хлам. Никогда не забуду, как гуманитарии сорвали нам четыре отправки. Обещали помощь несколько дней, люди ждали, а им привезли пластмассовые тазы, ведра и бочки. Да у них за эти годы столько такого добра скопилось!

- Вы видите смысл таких действий в попытках дестабилизации положения на российском Северном Кавказе?

- Я вижу смысл только один - воспрепятствование возвращению людей. Да, тем самым "врагам революции", которые "из-за бугра" руководили этими процессами, нужно было иметь этот нарыв на российском теле. Чтобы можно было показать пальцем и сказать - вот российское правительство за столько лет не в состоянии справиться с проблемой. Второе, это были точки, где отлеживались "бандюки". Оперативная информация шла постоянно, и довольно много этих людей задерживали. Обычно народ снимает палатки самостоятельно: подошла машина, загрузили, поехали. Никто никогда не стоял в качестве наблюдающего. А когда закрывали лагерь "Барт", в последний день снимали десятка полтора палаток, и наблюдающих было много, стояли рядышком. И когда палатки сняли, под тремя из них нашли схроны для оружия. Обычно их заваливали мусором, а тут они не успели - народ смотрит. В одной яме даже граната осталась. Терять такие базы боевики, конечно, не хотели. Они ведь практически неуязвимы. Как только силовики въезжали на территорию лагеря, сразу поднимался крик до небес, все собираются, и невозможно изъять человека из толпы. Последний случай был в "Спутнике" месяца два назад, перед самым закрытием. Въехали ребята из группировки, но навстречу сразу выбежали женщины - ну и что сделаешь? Бэтээры, собаки, автоматы - но стрелять-то не будешь. Женщины помитинговали и разошлись, а разыскиваемый ушел. Поэтому ловили их на периметрах. Только на моей памяти выловили полтора десятка групп.

- То есть закрывать лагеря мешали боевики?

- Я бы сказал, это было такое "ватное" сопротивление. Там, например, постоянно бродила целая когорта правозащитников в кавычках. На мой взгляд, если ты настоящий правозащитник, ты должен был все эти годы долбить российское правительство: это безобразие, это возмутительно, что люди живут в ужасающих условиях, дайте им нормальное жилье. Но когда правозащитник защищает право людей жить в скотских условиях, это уже защита не права, а бесправия. А ведь эти ребята деньги получают за свою работу. Очень интересно было наблюдать: приезжает, скажем, г-жа Памфилова в лагерь. Стоят люди, их в толпе сразу заметно, они одеты получше. Митингуют, рассказывают, как о них не забоятся и силком выгоняют. Отшумели, г-жа Памфилова собирается уезжать, они - в сторонку, мобильник из-за пазухи, и давай докладывать, что они там соорудили и чем там это дело заканчивается. Они запугивали людей. С одной стороны, говорили: вот вы приедете в Чечню, у вас дети, пацану 15 лет. Придут федералы, заберут, может и домой не вернуться. А с другой стороны, говорили: если уедете в Чечню - дом спалим. Но в "Спутнике" мы столкнулись с парадоксальной вещью: там эту контрпропаганду вели те, у кого в лагере были свои торговые киоски, такой микробизнес. Они просто не знали, что им делать дальше. Понимали, что лагеря рано или поздно закроют, но хотели еще два, три дня, неделю поработать.

- Но гораздо больше заработали те, кто снабжал лагеря. Получила ли сама Ингушетия какие-то выгоды от всей этой истории? Об этом говорилось часто, но всегда как-то неопределенно.

- Конечно, Ингушетия заработала, и отток этих людей сейчас - уход определенных финансовых потоков. Мы только "коммуналку" платим по 20 руб. за человека в сутки - за каждого, кто живет в МКП или в лагере. Если у нас в МКП осталось 18 610 человек, получается, только "коммуналки" приносят ингушской казне 360 тыс. руб. в день.

- Как "технологически" можно нагреть на этом руки?

- Во-первых, приписки. Люди уезжали, а их не показывали возвратившимися. Деньги продолжали идти. Были проблемы и с ценами на хлеб - хлеб, купленный оптом, шел по ценам розничной торговли. Другой вопрос, что теперь это уже недоказуемо. Я думаю, это и сейчас есть в частном секторе. Реально посчитать можно только тех, кто приходит получать хлеб, - он раздается из расчета шесть рублей на человека в сутки. Тем, кто этот хлеб возит и раздает, неинтересно рассказывать, что вчера у него было 500 человек, а сегодня - 480. Это очень сложно контролируемый механизм, полностью избежать переплат и сейчас невозможно. Вот из МКП люди уезжают самостоятельно, но хозяину МКП ведь невыгодно их "показывать" - за каждого он получает 20 руб. в стуки.

- Удается ли избежать двойного учета, когда человек "на балансе" у ФМС одновременно и в Чечне, и в Ингушетии?

- Да, это наш пробел. Снимать человека с учета здесь надо только после того, как он встал на учет в Чечне. Оттуда должны в онлайновом режиме сообщать в Ингушетию, кто приехал. Но полный информационный обмен у них бывает не чаще чем раз в месяц. А за этот месяц появляется люфт. Вот последний раз чеченское МВД выявило 500 человек - тех, кто стоит на двойном учете. Ингуши выяснили, что 280 человек из этого списка живут у них. Эти ребята валяют дурака: ни там не живут, ни здесь. Они, как правило, норовят попасть в Чечню в частный сектор: там ФМС платит им компенсацию за наем жилья, 14 руб. в сутки, плюс шесть рублей на хлеб. В руки ему идет 20 руб. в день. Если семья из пяти человек - это 100 руб. в сутки. 3000 руб. в месяц - для Чечни очень приличные деньги. А если он не снят с учета в Ингушетии, он получает еще и продуктов на 15 руб. в день. Можно неплохо жить.

Опубликовано 11 июня 2004 года

Автор: Иван Сухов источник: Веб-сайт "Время Новостей Online"

Гласность помогает решить проблемы. Отправь сообщение, фото и видео на «Кавказский узел» через мессенджеры
Фото и видео для публикации нужно присылать именно через Telegram, выбирая при этом функцию «Отправить файл» вместо «Отправить фото» или «Отправить видео». Каналы Telegram более безопасны для передачи информации, чем обычные SMS. Кнопки работают при установленных приложении Telegram. Номер для Телеграм +49 1577 2317856.
Лента новостей
ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.

02 июля 2022, 22:25

02 июля 2022, 21:40

02 июля 2022, 20:55

02 июля 2022, 19:56

02 июля 2022, 19:00

«Сафари по-сирийски» - рассказ бывшего боевика
«Сафари по-сирийски» — рассказ бывшего боевика. Полный текст интервью
Архив новостей