![Сгоревший дом на Театральном спуске в Ростове-на-Дону. Фото Константина Волгина для "Кавказского узла" Сгоревший дом на Театральном спуске в Ростове-на-Дону. Фото Константина Волгина для "Кавказского узла"](/system/uploads/article_image/image/0021/213512/view_5522.jpg)
30 июля 2020, 01:19
Ростовские погорельцы заявили об отсутствии мусорной свалки на месте возгорания
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".
Вблизи дома, где по версии следствия из-за возгорания мусора начался пожар на Театральном спуске в Ростове-на-Дону, установлены контейнеры, куда местные жители выбрасывали мусор, заявил в суде пенсионер Виктор Нестеренко. Свалки в районе пожара не было, подтвердила потерпевшая Елена Санина, указав на поджог как вероятную причину пожара.
Как сообщал "Кавказский узел", по делу о пожаре в квартале Ростова-на-Дону обвинения в халатности предъявлены бывшей замглавы Пролетарского района Марине Беляевой, которая, по версии следствия, не проконтролировала выявление несанкционированных свалок, а также руководителю филиала ОАО "Донэнерго" "Ростовские городские электрические сети" Павлу Трунову и старшему мастеру производственного участка этой компании Игорю Безземельному - они обвиняются в причинении смерти по неосторожности и уничтожении или повреждении имущества. Все обвиняемые не признали вину. На одном из последних заседаний пенсионерка Зинаида Арсеньева заявила, что намерена добиваться увеличения размера компенсации за потерянное жилье.
21-22 августа 2017 года на Театральном спуске в Ростове-на-Дону сгорел жилой квартал. Было уничтожено и повреждено 125 частных домов и 39 квартир в восьми многоэтажных домах, потерпевшими признали более 700 человек. Один человек погиб, семь были госпитализированы. Причиной пожара, по версии следствия, стало короткое замыкание на ЛЭП, однако погорельцы и адвокаты обвиняемых уверены, что квартал подожгли.
В Пролетарском райсуде Ростова-на-Дону 29 июля состоялось первое после месячного перерыва заседание по делу о пожаре на Театральном спуске. В зале суда присутствовали подсудимые Павел Трунов и Игорь Безземельный, три адвоката и шесть потерпевших, сообщил корреспондент "Кавказского узла", который был единственным представителей прессы на процессе.
В начале заседания показания дала 47-летняя менеджер Елена Санина, проживавшая на момент пожара в частном доме в переулке Чувашском, рядом, по версии следствия, с источником возгорания. Елена рассказала, что ее дом был оформлен на двух владельцев, одним из которых была ее мать. Саниным принадлежало около 100 квадратных метров в доме, на которых проживали мать с мужем, дочь и внучка хозяйки домовладения. Кроме того, у них в собственности были три сотки земли.
Потерпевшая добавила, что на момент пожара она пошла на прогулку с маленьким ребенком, и когда пришла, огонь уже сильно разгорелся и затронул ее дом. По словам Саниной, воду в момент пожара отключили, "как будто специально".
"Когда начался пожар - воды не было […] администрация (Пролетарского района - прим. "Кавказского узла") могла позвонить в "Водоканал" и договориться о включении воды", - заявила она в суде.
Потерпевшие и ранее рассказывали об отключении воды при пожаре. Так, 2 декабря 2019 года погорельцы рассказали, что воды не было в гидрантах, из-за чего пожарные не тушили огонь. А на заседании 21 февраля потерпевшая Надежда Сопова сообщила, что во время пожара у соседнего дома находились пожарные, но воды у них не было.
По ее мнению, причиной пожара на Театральном спуске стал поджог. "Гор мусора не было […] [мусорные кучи в районе пожара] могли помочь распространиться огню, но не могли быть первопричиной огня. Я считаю, это поджог", - сказала Санина.
По ее словам, всем четырем членам семьи была выплачена компенсация за сгоревшее имущество - по 130 тысяч рублей каждому, сумма жилищного сертификата составила 3,4 миллиона рублей на семью. Для покупки трехкомнатной квартиры стоимостью 4 миллиона рублей в многоквартирном доме того же района, Саниным пришлось добавлять свои деньги, при этом значительные средства пришлось потратить на ремонт.
"Потеряли намного больше, пришлось свои добавлять", - констатировала Санина.
Ранее потерпевшая Зинаида Арсеньева также заявила, что осталась недовольна мерами государственной поддержки и считает, что у нее были намного лучше условия для жизни, чем те, которые она получила сейчас. "Компенсацию я получила частично: квартиру мне дали, и так, немного на мебель – 100 тысяч рублей ...У меня был свой участок, у меня было все огорожено, был погреб. Я была одна, а здесь (в новой квартире – прим. "Кавказского узла") соседи слева, справа попались нехорошие. Дом был 41 квадратный метр, а квартира сейчас 25,7 квадратного метра. Я недовольна, это кошмар, в каких условиях я живу", – посетовала пенсионерка и добавила, что оставшуюся сумму будет взыскивать через суд.
Суд также допросил 49-летнего пенсионера Виктора Нестеренко, прописанного в доме по переулку Чувашский, 50, где поблизости, по версии следствия, находилась свалка, над которой замкнули провисшие провода, ставшие причиной пожара. Нестеренко рассказал, что дом являлся самостроем, разделенным на пять долей - в нем многие годы жили его бабушка и мама. После смерти бабушки наследникам не дали его приватизировать, хотя Нестеренко был там прописан. Последние несколько лет он нечасто бывал в переулке Чувашском, потому что занимался строительством дома в другом месте. В доме проживал его двоюродный брат. Пожар Нестеренко не застал и приехал к сгоревшему дому на следующий день.
Согласно показаниям Нестеренко, мусорных куч рядом с домом не было, поскольку еще в 2008 году поблизости от его дома были поставлены контейнеры, и люди выбрасывали мусор туда. В самом домовладении мусорных куч также быть не могло, поскольку вход в дом был наглухо забит, и войти в него со стороны двора было невозможно. Что касается линий электропередачи, то их ремонтировали в 2009, 2010 и 2012 годах, никаких нареканий к работе ЛЭП у Нестеренко и его родственников не было.
"Электрика была вся новая, замыканий, искр не было", - заявил Нестеренко в суде.
Мужчина рассказал, что он с матерью получил по 150 тысяч рублей помощи от государства, а его жена всего 20 тысяч рублей. Жилищный сертификат на приобретение жилья потерпевшему не дали. "У меня нашли недостроенный дом за городом, власти сказали – живи там", - пояснил Нестеренко.
На судебных заседаниях потерпевшие и ранее пояснили, что в балке, где по версии следствия начался пожар, никакой свалки не было. "Насколько я знаю, там люди жили, какая там свалка", - заявил 11 марта 59-летний Николай Шевченко.
37-летняя Екатерина Швецова проживала и была прописана на улице Станиславского, но хранила вещи у бабушки и матери, проживавших в переулке Чувашском, поэтому и была признана потерпевшей. 21 августа Швецова находилась на Станиславского, когда ей позвонила мать и сообщила о пожаре. По словам Швецовой, она в этот момент "что-то мыла, стирала" и посмотрела на часы, отметив время – было 12.50 мск. Через десять минут перед выходом из дома, женщина попыталась помыть руки, однако воды уже не было.
Шевцова сообщила, что подойти к дому она не смогла, потому что ее не пустили полицейские. По ее словам, несмотря на разгоравшийся пожар, в 13.10–13.40 мск пожарных машин в переулке она не наблюдала, а когда пожарные приехали, у них не было воды.
"Даже в Кировском районе воду отключили. Магазины давали 5-литровые бутылки - пытались тушить вручную", - рассказала потерпевшая.
Женщина также считает, что причиной пожара был поджог, при этом очагов возгорания было несколько. "Я видела огонь и дым с нескольких сторон", - сказала Шевцова.
Дом в Чувашском принадлежал дедушке, однако из-за отсутствия документов приватизировать его не удалось, отметила женщина. Общий ущерб от пожара вместе со стоимостью дома женщина оценила в 3,6 миллиона рублей, однако на сегодняшний день никто из членов ее семьи не получил жилищные сертификаты. Все допрошенные потерпевшие отказались от претензий к подсудимым, поскольку не считают их виновниками пожара. Следующее заседание состоится 31 июля в 10.00 мск, на нем планируется продолжить допрос потерпевших, передал корреспондент "Кавказского узла".
Адвокат указала на изъяны версии следствия
Адвокат Марии Беляевой Екатерина Водяник заявила после заседания, что показания потерпевших опровергают версию следствия об очаге возгорания.
"Считаю, что показания Нестеренко в очередной раз опровергли версию обвинения. Он пояснил, что никакой свалки за его домом не было, с проводкой проблем не было. Человек, за домом которого по версии следствия был очаг, уж точно лучше знает, был за его домом мусор или нет. Но почему-то на следствии его об этом даже никто подробно не расспросил, видимо, не хотели разбираться. Ткнули, скажем так, "пальцем в небо", и решили, что вот в этой точке будет свалка. А там пусть суд разбирается. Вот теперь в суде это все и всплывает", — прокомментировала показания потерпевших корреспонденту "Кавказского узла" Водяник.
Материалы о пожаре в Ростове-на-Дону и его последствиях "Кавказский узел" публикует на тематической странице "Ростов: пожар или поджог?". В разделе "Видео" размещен также видеоролик "Пожар в Ростове-на-Дону: "до основанья, а затем...".
Автор: Валерий Люгаев источник: корреспондент "Кавказского узла"